Ваша версия браузера устарела. Пожалуйста, обновите браузер, чтобы все работало как следует
Куки помогают нам предоставлять услуги. Заходя на портал, вы соглашаетесь с использованием куки. БОЛЬШЕ ИНФОРМАЦИИ >

Конец близок: почему скоро никто не будет ходить по магазинам

КОММЕНТИРОВАТЬ РАСПЕЧАТАТЬ СТАТЬЮ
ФОТО: Scanpix

Популярный блогер Арина Холина считает, что пусть сегодняшняя мода и порабощает не хуже религиозной секты, бояться ее точно не стоит, потому что вскоре платья за бешеные тысячи окажутся никому не нужными.

«Мода нас изнасиловала. Ну, не та мода, которая «искусство», а которая бренды, тренды, рекламы, маркетинг, купи-купи-купи, переадет Lady.mail.ru.

Индустрия моды превратилась в такого гиганта, что может себе позволить конкуренцию с христианством, исламом, буддизмом, иудаизмом — любой религией.

Мы, как истинные последователи, покупаем, и покупаем, и покупаем. Мы, девочки, выросшие на Vogue, уверены, что мода — это мечта. И что весь тот навязанный нам буржуазный вкус и буржуазный образ жизни — это и есть наш светлый идеал, наша священная цель.

Но мы, преданные ее сторонники, моде больше неинтересны. Мы привиты, мы приучены, запуганы, одержимы. Мы будем ходить в большие магазины, чтобы залить вожделением всякие дорогие тряпки — и мы, конечно, без покупки не уйдем. Наш быстрый кайф. Наше причастие. Очищение. Экстаз.

Мода интересуется миллениалами. Поколением, которое очень любит моду, но которое не любит тратить деньги. Да, вы все слышали об этих детках, которые стоят три дня в очереди за кроссовками от Канье Уэста ($1000), но они — это не они. В том смысле, что в массе миллениалы другие.

Они, правда, верят в разумное потребление. Поэтому вокруг так много секонд-хендов, винтажных магазинов, барахолок. Они хотят потреблять, но не хотят злоупотреблять — в мире и так сделано слишком много вещей (и умножающиеся секонды тому доказательство).

Они верят, что рабы — это плохо. То есть рабочие из Бангладеш, которые трудятся по 16 часов за один доллар в день. И не важно, что делают эти «рабы» — футболки для масс-маркета или ручную вышивку для высокой моды.

Сейчас большинство брендов упарывается, доказывая, что они «не такие». Это они молодежь очаровывают. Миллениалы обожают моду, правда, но они знают, что между «низкой» или «быстрой» модой и «высокой» разница в мелочах. Те же ткани, сделанные в Индии, та же дешевая рабочая сила. Приходишь в магазин, где цены начинаются от 90 000 — и тебе противно трогать эти вещи. Они плохие на ощупь.

В США закрываются моллы и магазины. Витрины осиротели. Даже гиганты вроде Macy's, Saks, Neiman Marcus десятками убирают филиалы. Ну да, торговля уходит в онлайн, и это как бы хорошо, думают производители. Но, ребята, очнитесь, это для вас очень плохо.

Онлайн выводит шопинг из категории времяпровождения. Раньше шопинг в торговом центре был целым ритуалом: ты помылся, собрался, приоделся, поехал, приехал, вышел на улицу (или вошел в молл) ...Несколько часов твоей субботы. Шопинг  —  это праздник, это досуг, это веселье. Нас в этом убеждали.

И вот сейчас ты открыл сайт. Да, вроде бы даже онлайн шопинг может быть развлечением. Но тратишь ты на это час. И чем меньше тратишь времени — тем меньше относишься к этому как к «выходу в свет». Сами рамки онлайн-шопинга делают покупки чем-то более строгим, осмысленным, деловым.

Так живут миллениалы. Не расценивают шопинг как наслаждение, тратят на него меньше времени, одновременно с покупками читают где-нибудь на MANREPELLER о том, как обращаются бренды с рабочими из Пакистана.

А мы садимся им на хвост. Мы тоже не можем пропустить всю эту информацию. Все замечают то, что между строк — и юных звезд инстаграма в рекламе дорогой одежды, и детей знаменитостей на подиумах. Это все не просто так. Вот ты думаешь — они всерьез считают, что люди в 15 лет будут покупать эту одежду, которая стоит как квартира? Нет. Они считают, что дети вырастут — и будут покупать. Ну, как мы в свое время.

Но и мы уже не так рьяно потребляем все подряд, как раньше. Забавно, что в детстве я мечтала об этих дорогих платьях из Vogue. Я выросла и могу себе позволить (не всегда и со скидкой, но могу). Но я не хочу. Я даже не поеду ни в какой аутлет, чтобы ухватить там Prada на распродаже  —  мне не нужна Prada. Громкое имя меня не волнует. Ну, Prada. И что? Да, я пойду в секонд и куплю безумное платье за 30 евро, которое завтра скопирует Saint Laurent или Vetements. И я буду думать: «Да пошли вы!» Это вы берете у меня стиль, а не я у вас. И так думают многие.

Признание шопоголика: «Я все еще в теме». Я люблю магазины, люблю шопинг как досуг и развлечение, я считаю, что новое платье — новая жизнь. Но я идиотка. Я официально считаю себя жертвой секты. Мне неловко. Я хочу выздороветь.

Я уже, как и многие, не люблю «быструю моду». О да, она очень много нам дала. Она сделала моду не только привилегией богатой буржуазии, но и доступной всем нам, простым смертным. Господи, благослови Zara и ей подобных. Мода сейчас везде. И ее слишком много. Так много, что тошнит.

Быстрая мода стала слишком быстрой. Высокая  —  низкой. И правда в том, что все это больше не работает. Механизм дал сбой. Ну да, они все еще тратят невероятные деньги на то, чтобы мы их хотели. И мы, конечно, хотим  —  нас же запутывают. Но уже не так. И в перспективе  —  совсем немного. Они это знают. Мы это знаем. Поэтому они так дрожат над миллениалами. Которые могут все это разрушить вообще до пыли.

Да, все это выглядит как безумие. Уже потому, что человеку не нужно столько вещей, сколько ему хотят навязать.

Вот теперь они окручивают подростков в надежде вырастить покупателя будущего. Человека Покупающего 3.0. Но культура потребления меняется. И будет дальше меняться еще больше. Эти подростки, миллениалы, они умнее нас всех. Они позволяют с собой заигрывать, но не дают себя использовать. Они меняются вещами, рыщут на барахолках, а в итоге ничего и не покупают. Развлечение — может быть. Растраты — вряд ли. Дело в том, что им хочется медленного кайфа, а не быстрого — и вот это никакой шопинг им не даст. Они хотят наслаждаться жизнью так, как это не делали их задерганные родители. Они не хотят спешить, они не хотят рвать себе жилы. Им не нужна «доза счастья» — им нужен процесс. И с этим уже ничего не поделать. Это новое поколение, которое ценит саму жизнь, а не то, что в ней можно купить».

Наверх