Рассказ читательницы: быть беременной мне не понравилось

Rasedat ohustavad ka psühholoogilised ohutegurid nagu näiteks stress.

ФОТО: Panther Media / Scanpix

Принято считать, что беременность — это лучший период в жизни каждой женщины. Мало кто говорит о том, через что проходится проходить будущим мамам. И если кто-то назовет это время чем-то, похожим на кошмарный сон, он будет в какой-то мере прав. У каждой женщины беременность проходит по-разному. Одни переносят ее с легкостью, у других же на пути возникает много трудностей, и, согласись, практически нереально заниматься бегом с препятствиями, когда брюхо на нос полезло и тебя постоянно тошнит.

Это откровенное письмо молодой мамы, которой вовсе не понравилось быть беременной. Нет, мы не хотим никого ни от чего отговаривать. Просто прочитай его и будь готова ко всему...

«Томительное ожидание

Однажды, когда мужа не было дома, мне страх как яблок захотелось. Пошла к холодильнику... Открыв дверь, я присела, чтобы добраться до нижней полки, где хранились яблочки. Взяла одно, а встать уже не получилось. Поэтому я просто-напросто взяла немытое яблоко в рот и поползла на четвереньках к дивану, чтобы от него уже оттолкнуться и встать. Коты в ужасе шарахались от меня. Постоянно было ужасное настроение, а еще чесался живот. В довершение я набрала 30 кг. Знакомые говорили: «Кошмар!» Было тяжело сидеть за столом, вся еда проходила мимо рта и падала на живот. Спать было тоже очень неприятно: ни на спине не полежишь, ни на боку. Ночью в туалет вставала через каждые 40 минут. Иногда плакала и мечтала о том, что, наконец, рожу и высплюсь, пишет ofigenno.cc.

Меня до сих пор бесит, когда говорят, что беременность — счастливое время. Возможно, это прозвучит грубо, но я считаю, что счастливыми в этот период бывают только женщины, которые немного не в себе. А обычному человеку никогда не будет приятно находиться в состоянии дискомфорта и иметь при этом непривлекательную внешность (и не надо говорить, что беременные красивые — это наглая ложь, выдуманная для того, чтобы поддержать несчастных «животастых» женщин, которые почему-то так любят фотосессии).

Родов я боялась с детства

Мне на 38-й неделе предстояло плановое кесарево. Признаться честно, я очень боялась родить раньше срока. Последние две недели перед родами дважды будила мужа, и мы бежали в роддом по встречной полосе, думая, что у меня сейчас начнутся роды. Странно, но меня никто не ругал за ложные схватки. Только муж после второго такого случая перестал мне верить, поэтому когда 15 октября я встала и сказала, что сегодня рожу, он только махнул рукой и сказал: "Ну да, ну да".

Мы поехали на плановый осмотр к гинекологу. Во время осмотра меня спросили: "Вы разве не ощущаете схватки?" Ответила, что схватки ощущаю последние восемь месяцев, но никто не верит, так что считайте, что не ощущаю. Мне сказали: "Идите на 3-й этаж, там ваша комната, роды начнутся примерно в 16.00». Мне понравилось в комнате, потому что она была большая. Даже для мужа уже была застелена постель. В комнате мне поставили капельницу, велели больше не перекусывать и не пить воды. Прислали тетку, которая меня переодела в смешную казенную одежку с мишками.

Я вдруг решила сообщить всем знакомым по мобильнику, что сегодня рожаю. Ох, лучше бы я этого не делала...

Около 15:00 мне принесли подписать бумагу, которая гласила, что если я умру во время родов, то сама виновата. Через минуту меня повезли в операционную. Мужа отправили в другую комнату переодеваться в костюм хирурга. В операционной мне сделали эпидуральный укол в спину, и я перестала чувствовать ноги. Из-за огромного живота мне и так уже месяца три не было видно ступни, а тут вообще пропала чувствительность. Очень странное ощущение... Впечатление, что твои ноги — это две огромные колоды, которые лежат отдельно от туловища в странном положении.

Маленькая комнатка заполнилась людьми в масках. В какой-то момент один из них наклонился ко мне и поцеловал. Прошло минут пять прежде, чем я поняла, что это мой супруг.

Мой ненаглядный тоже был хорош... Он бегал по палате и снимал всё на камеру, при этом заставляя людей в масках улыбаться. Пришел врач и спросил, как я себя чувствую. Сказала, что обалденно. Лежать в комнате, набитой людьми, полуголой — моя мечта.

Меня стали резать. Ничего не чувствовала, и это меня беспокоило. А врача беспокоило то, что мой муж фотографирует всё, что видит. В итоге, его попросили сесть у изголовья кровати. Через 5 минут из меня вытащили младенца. Раздался крик: "А-а-а-а-а-а". Еще через минуту вытащили второго. Вновь крик... Через 3 минуты мне выдали обоих в смешных шапках. Я смотрела на них и думала — ах, вот что у меня чесалось в животе, и не ощущала решительно ничего.

Нас вчетвером сфотографировала медсестра. Детей увезли наверх. Меня обрадовали тем, что у обоих сыновей равен 10 по шкале Апгар. 10 баллов — отличная оценка состояния новорожденного, и это редкость для близнецов. А затем меня привезли обратно, и все стали аплодировать, будто мы только что вместе приземлились на самолете с одним двигателем, которым управляла пьяная стюардесса. Меня ненадолго завезли в реанимационное отделение, где под простынь просунули трубу с горячим воздухом для подогрева. Минут через пять уже везли в палату, где стояли родственники, окружив кроватку с двумя пупсами. Пупсов осматривала педиатр. Про меня забыли, потом вспомнили и снова начали аплодировать. Меня это страшно бесило, потому что я дурно выглядела и не ощущала ног. Еще напрягал тот момент, что у меня из-под пижамы виднелся катетер и кулек с мочой.

Потом стали приходить люди. Кто был нас на свадьбе, знает, сколько там обычно бывает народу... В роддоме нет часов посещения, можно заходить, когда захочется. Если бы вы знали, как меня замучили посетители за те 2 дня, которые я там пролежала.

У меня в руках был шнур с кнопкой, на которую надо было нажимать, когда болел шов. Я нажимала на нее каждые 15 минут, но потом врачи признались, что всё это время давали мне плацебо — безвредное вещество в форме лекарства, не обладающее лечебными свойствами, а обезболивающее поступало не чаще раза в час. И это тоже мне не понравилось.

После роддома

Из роддома выписали на 2-й день. Наконец, я хоть немного поспала... Мы с мужем купили радионяню, уложили детей спать по своим кроваткам в их комнате, а сами легли у себя в спальне. Мы не знали, что у радионяни сядут батарейки, и проспали 3 часа, проснувшись от криков из детской. После этой ночи мы переселились в детскую. Дети просыпались, я кормила одного, пока муж менял подгузник второму, потом мы менялись крохами. Первые 3 месяца казалось, что эта круговая порука никогда не закончится. При этом мы вели журнал, где записывали по времени, кто сколько поспал, поел, пописал и покакал. Мы начали делать записи после того, как перепутали детей и покормили одного дважды, а второго оставили голодным.

Первые месяца 4 нам помогала свекровь — она готовила еду, потому что у меня не было времени даже сходить в туалет. Походы в душ были для меня праздником. И это при том, что мы наняли еще дневную няню. Даже если я выходила на секунду в магазин, то боялась, что сейчас меня собьет грузовик, в больнице не смогут найти моей резус-отрицательной крови, и дети останутся без еды. Я ощущала себя едой. Где-то на пятом месяце муж решил показать меня специалисту и мне диагностировали послеродовую депрессию.

С каждым месяцем становилось всё легче, ведь к недосыпам привыкаешь. Когда детям исполнилось по пять месяцев, я вышла на работу. Продолжала кормить их ночью и утром, а на работе сцеживала молоко и приносила вечером, чтобы няня на следующий день его им скормила. Молока у меня было много. Так продолжалось 7,5 месяцев. Потом малыши сами перестали есть ночью, наверное, потому что вечером им стали давать каши. Думала, наконец, посплю. Но не тут-то было! У младенцев стали резаться зубы. Ночами они каждый час просыпались и плакали. Нам с супругом приходилось идти в комнату, брать их на руки, качать, успокаивать и снова укладывать. И так по 24 раза за ночь (по 12 раз на одного малыша в среднем). Мы пробовали совместный сон, но не сложилось... Дело в том, что я очень чутко спала, и всё время казалось, что кто-то из детей упал на пол.

Сейчас моим богатырям по 2 года. Они всё еще неважно спят, потому что не все зубы прорезались, но мы привыкли и к этому. У нас есть своя система — по ребенку на человека, благодаря которой мы лучше стали спать. Несмотря ни на что, я всё же считаю, что дети — это прекрасно! Ничто не может сравниться с ощущением, когда твой ребеночек в парке бежит к тебе с криком: "Мама-а-а-а!" и несет тебе что-то показать в маленьком кулачке. Он разжимает кулачок, а в нем — сухая собачья какашка. И он улыбается ртом с редкими зубами. Он горд тем, что принес тебе какашку. И знаешь, это счастье!»

НАВЕРХ