Чтобы добавить закладку, вы должны войти в свой аккаунт на Postimees.
Войти
У вас нет аккаунта?
Создать аккаунт на Postimees

Парфюмерная география: почему духи необязательно должны быть французскими

Парфюм. ФОТО: SCANPIX

Да, мы тоже с нетерпением ждем открытия границ, а пока открываем для себя новые страны с помощью ароматов. Парфюмерные тренды теперь зарождаются в разных уголках планеты — рассказываем о самых интересных, пишет Glamour.ru.

Правда ли, что настоящие духи — французские? 

Во времена юности наших мам выражение «французские духи» было, как любят говорить психологи, заряженным. Оно вызывало сильные эмоции: ощущение праздника или тоску по прекрасному далеку, желание обладать или чувство причастности у обладающих. «Настоящие французские духи!» — восклицает героиня Барбары Брыльской в «Иронии судьбы», принимая в дар классические Climat, Lancôme. Фильму­ почти полвека — но и сегодня у большинства из нас «настоящие духи» ассоциируются­, конечно, с Францией. 

Французский — официальный язык парфюмерии. Любой флакон на вашей полке, из какой бы страны он ни приехал, грассирует всевозможными eau de parfum, extrait и eau legère. И даже слово «грассировать» созвучно французскому Грассу — «мировой столице парфюмерии», как любят писать в плохих пресс-релизах. Но действительно ли Грасс — парфюмерная столица, а «настоящие» духи — французские по умолчанию?

Известный французский парфюм - Chanel №5. ФОТО: Pexels / CC0 Licence

Откуда ветер (парфюмерный) дует? 

Одна из самых важных тенденций в современной парфюмерии, чей облик меняется прямо сейчас, пока вы читаете этот текст, — децентрализация. Сегодня духи производят на всех континентах, кроме Антарктиды. И стран, участвующих в мировом парфюмерном процессе, с каждым годом все больше. Представление о том, что Франция (и в частности Грасс) — некий сырьевой рай, где распускаются самые волшебные цветы, тоже не вполне верно. Ту же майскую розу (стараниями маркетологов мы прочно связываем ее с французским югом) выращивают преимущественно в Марокко, а по нотам самых дорогих ароматов старейших французских парфюмерных Домов вполне можно изучать всемирную географию. Бесспорно, традиции важны — европейская­ парфюмерия действительно вышла из грасских кожевенных мастерских (c 2018 года местные производства находятся под защитой ЮНЕСКО). Но дают ли традиции эксклюзивное право делать духи только тем, кто родился на их родине? 

«Прелесть и новизна современной независимой парфюмерии ­заключается в том, что люди, появившиеся на свет и получившие образование за пределами парфюмерного мира с его тремя столицами (Нью-Йорк, Париж, Грасс), теперь тоже могут делать духи — и привносить в эту область свежие идеи», — пишет в своем «Парфюмерном гиде 2018» критик Лука Турин. Он прав: вместе с новыми авторами — из обеих Америк­, стран Африки и Азии, Австралии — в индустрию пришли новые истории, легенды и душистые материалы. 

Ароматы из Таиланда

Например, тайка Писсара Умавиджани, владелица Parfums Dusita, работает в рамках классических жанров, но заполняет знакомые парфюмерные контуры чем-то свежим и необычным. Попробуйте при случае ее Erawan, посвященный Айравате — индуистскому божеству, «царю всех слонов». Формально это фужерный аромат, на деле — экзотическая зарисовка на тему джунглей, сквозь которую проступают очертания европейских духов. 

А вот духи другого тайского парфюмера, Прина Ломроса, вообще ни на что привычное нам не похожи — это буйство тропических трав, цветов и специй, выкипающее за пределы классических парфюмерных конструкций. Его неизбежно сравнивают с Писсарой Умавиджани, но ничего общего, кроме порта приписки, у них нет. Парфюмерия Писсары выросла из французской винтажной школы, работы Прина — из фруктово-овощных рядов в Бангкоке. Он делает яркие, плотные тропические духи, в которых много азиатского китча пополам с азиатским изяществом. Недавно Ломрос выпустил аромат с запахом том-яма — сочную смесь кафрского лайма, галангала, лемонграсса, кориандра и копченых «деревяшек». В свое время Лука Турин сетовал, что сладкая гурманика (духи с запахом шоколада, печенья и сгущенки) пользуется огромным успехом, а соленая и пряная (как Womanity, Mugler) сильно недооценена. Кажется, благодаря Ломросу что-то начинает меняться: на сайте его бренда Parfum Prissana ароматный Tom Yum постоянно сопровождает пометка Sold Out.

Парфюмеры из Японии и Малайзии 

Критики все чаще говорят о парфюмерном буме в Восточной и Юго-Восточной Азии, и дейст­вительно — регион регулярно радует новыми марками. Странные, но прелестные духи делают японцы Satori и Di Ser (на родине они не новички, но на международный рынок вышли недавно), много красоты в работах братьев Ау, владельцев малайзийской марки Auphorie. 

Русский дух 

Заговорили и о российских парфюмерных марках: ароматы­ Voronoi, хорошо знакомые посетителям «Ламбада-­маркета», встали на полки модного лондонского бутика Bloom Perfumery, а духи Holynose из Москвы, урбанистичные и не похожие на все то, что в последние годы производит российская артизанальная парфюмерия, хвалит даже знаменитый парфюмерный химик Филип Крафт — за свежесть мысли. 

Золотой век американских ароматов

Самое яркое возрождение в 2020 году переживает американская независимая парфюмерия. Маленькие марки — парфюмерная гордость США, им всегда есть что сказать за пределами обще­европейского круга душистых тем. Так, в прошлом году Chatillon Lux, крошечный, почти рукодельный бренд из Сент-Луиса в штате Миссури, выпустил, на мой взгляд, самый необычный акватический аромат десятилетия — илистый, зеленый Admiral (так назывался знаменитый прогулочный пароход, который когда-то ходил по Миссисипи). Обычно парфюмеры, когда берутся за эту тему, воспроизводят условные «море» или «пляж», изредка — что-то глубоководное вроде Squid, Zoologist. Здесь же акватика речная — с солнечным маревом над мутной водой, ивами и сонно-зелеными, как у Марка Твена, заводями, абсолютом водорослей и пароходным дымом. 

Таких марок — со свежим взглядом на классические жанры и схемы — в США не один десяток. Это и умная, немного мрачноватая La Curie из Аризоны, и барочные Rogue Parfums и Régime des Fleurs из Калифорнии, и натуральная, «фермерская» First Cut из Вермонта, Imaginary Authors из Орегона. В описаниях духов этих брендов не найдешь набивших оскомину историй о канику­лах на Капри и романтических встречах под Эйфелевой башней, их авторов волнуют далекие от нас реалии — рыбалка на большой реке и леса вокруг Портленда. Тем удивительнее, что в прошлом году крупная торговая сеть решила привезти в Россию американскую марку D.S. & Durga, посвященную истории США, — что ни говори, смелый ход. Большинство же инди-­брендов по‑прежнему нужно искать во время дальних путешествий или заказывать онлайн. Про американские духи, если это не продукция концерна Estée Lauder, обычные покупатели почти ничего не знают, а консультанты — даже если знают — не умеют рассказывать. Тут не наплетешь красивых легенд про ароматную столицу Грасс, Флоренцию, надушенные перчатки и вековые традиции парфюмерного производства. Придется искать какой-то другой, непривычный язык. Но в этом вся суть новой парфюмерии — говорить о непривычном.


Подписывайтесь на страницу портала Krasotka в Facebook!
НАВЕРХ
Back